В Петербу́рге в ра́мках фестива́ля «Дуэ́ль» пока́жут спекта́кль «Дя́дя Ва́ня», где гла́вную роль игра́ет актёр Серге́й Маковецкий. Э́ту постано́вку москвичи́ уже́ успе́ли назва́ть лу́чшим спекта́клем сезо́на, а Римаса Туминаса — лу́чшим режиссёром столи́цы. Господи́н Туминас отве́тил на вопро́сы Metro.

​

 — Римас Влади́мирович, э́тот спекта́кль — не пе́рвая ва́ша рабо́та над пье́сой «Дя́дя Ва́ня». Что заста́вило вас верну́ться к ней?

— К Че́хову мне всегда́ хо́чется возвраща́ться. Я вообще́ ра́ди Че́хова прие́хал мно́го лет наза́д в Москву́ поступа́ть в театра́льный институ́т. На вопро́с о це́ли прие́зда в Москву́ из Ви́льнюса так и отве́тил: «Я люблю́ Че́хова, но не зна́ю, как его́ ста́вить. Хочу́ научи́ться». И меня́, ю́ного, зелёного, взя́ли. Зна́ете, у ка́ждого челове́ка, наве́рное, есть люби́мая пе́сенка, кото́рую он напева́ет всю жизнь. Че́хов для меня́ — така́я пе́сня.

— А почему́ Че́хов сло́жен для постано́вки?

— Иногда́ я себе́ представля́ю, что че́ховские персона́жи мо́гут стать живы́ми людьми́ и сказа́ть мне: «Господи́н режиссёр! Вы всё не так поста́вили! Всё бы́ло совсе́м по-друго́му!» Как бы́ло, мы, коне́чно, не зна́ем. Но ведь в том-то и основна́я зада́ча режиссёра — уме́ть почу́вствовать то, о чём де́лаешь спекта́кль. И поня́ть а́втора. Э́то са́мое сло́жное.

— А сам проце́сс репети́ций вы лю́бите?

— С во́зрастом репети́ции ста́ли для меня́ не про́сто интере́снее, чем премье́ра спекта́кля, они́ ста́ли да́же важне́е её. Э́то проце́сс совме́стной тво́рческой рабо́ты с мои́ми актёрами. Ужа́сно гру́стно, когда́ мы расстаёмся: я остаю́сь за кули́сами, а они́ — вы́ходят на сце́ну. Но уже́ без меня́.

— Театра́льная Москва́ со вре́мени ва́шей учёбы о́чень измени́лась?

— О́чень. В ней тепе́рь не хвата́ет театра́льной культу́ры, кото́рая начина́ется с понима́ния хара́ктера э́той профе́ссии. А в молоды́х режиссёрах и актёрах я переста́л э́то ви́деть. Они́ не хотя́т брать на себя́ отве́тственность, их бо́льше привлека́ет бы́стрый результа́т. Во времена́ мое́й ю́ности всё бы́ло по-друго́му. Мы, молоды́е тогда́ режиссёры, не боя́лись отве́тственности. Э́то бы́ло тру́дно, но бесконе́чно прия́тно. Мы до́лго проду́мывали ка́ждую дета́ль, мы гото́вились к ка́ждой репети́ции, мы не пропуска́ли ни одного́ слова́ а́втора. Не уве́рен, что то, что бы́ло, вернётся. Но наде́юсь, ситуа́ция всё же изме́нится.

Исто́чник: Metro, 2.12.2009 (Интерне́т)